Лапы давно не чувствуют боли.
Шерсть выпадает хвост ломит.
На улице запах пота и крови.
Людишки совсем забыли про волю.
В каменных плитах искать ничего,
Ничего не найти уже давно.
Из воняющих клубов летят басы.
В своем ритме по городу движутся псы!
Псы!
Псы!
На сутулой спине шерсть стала дыбом,
Выходит и пышет злость эта дымом.
Клубится в залитых солью глазах,
Останется желтым на белых зубах.
Пробираться сквозь ноги по шахтинской плитке,
Обычный оскал стирает улыбки.
Луна высоко наплевать на часы.
В своем ритме по городу движутся псы!
Псы!
Псы!
По сырой земле да сухой траве,
Выдвигается стая,
Всё скоро растает!
По сырой земле да сухой траве,
Выдвигается стая,
Всё скоро растает!
Безмерно старается мир этот гордый,
Гладит по шерсти как-будто родной.
Притворно, коварно, как кость в горле.
Найти бы на запах дорогу домой!
Даже если вокруг всё растает,
За мной моя стая!
За мной моя стая!
Даже если вокруг всё растает,
За мной моя стая!